Как делаются программы

С вами снова «Здоровье», дорогие друзья, доброе утро. Вы знаете, это наша последняя программа в уходящем году, и я решила на эту программу позвать людей, с которыми я работаю много лет. Вначале много лет вместе мы делали программу «Здоровье», а теперь, с небольшим увеличением коллектива, мы делаем программу «Жить здорово!» поэтому сегодня мы будем говорить о том, как делается наша программа: и «Здоровье», и «Жить здорово!». И говорить мы будем с теми, кто ее делает, кто делает эти две программы «Здоровье» и «Жить здорово!» уже много лет. Поэтому представляю вам моих гостей. Первая - шеф-редактор нашей программы Евгения Логинова, Жень, сколько лет мы с тобой делаем программу «Здоровье», а теперь и «Жить здорово!»? Шеф-редактор двух программ Женя.

Евгения Логинова: больше десяти, где-то наверно уже 11 или 12

...вот столько лет я с Евгенией Логиновой знакома, главный режиссер обеих программ - Светлана Грибань, Светик, с тобой мы сколько?

Светлана Грибань: наверно, уже двенадцатый год пошел

...вот так. И еще один человек, который присоединился к нам в более поздний период, фактически с выхода программы «Жить здорово!», - это Юрий Малышев, который сейчас тоже стал играть в нашей программе большую роль. Вот смотрите, мы - мой вопрос к девочкам - делаем программу много лет. Что для вас самое хорошее и самое трудное? Евгения Логинова, наш шеф-редактор. Шеф-редактор, я всем объясняю, отвечает в программе за то a) за содержание b) за смысловой порядок в программе и c) за стройность наших рядов. Женя - человек сильный, умный и вы самый организованный человек среди нас, лучше даже меня.

Евгения Логинова: самое трудное для меня - это пустота в голове. Ощущение того, что нет никаких мыслей. Время от времени на самом деле это ощущение ко мне приходит. Когда в голове пусто, и ты понимаешь, что ты начинаешь вроде как деградировать. Вот. Поэтому у меня возникает сразу страх, что я могу стать профессионально непригодным человеком. То есть, и это все равно страх «белого листа», вот это наверно самое сложное, потому что в течение там долгого времени, когда ты работаешь, ну скажем так, на одну тему, то такие периоды - они неизбежны и важно, как ты этот период переживешь. Либо ты его в принципе не переживешь.

...как сама переживаешь?

Евгения Логинова: я переживаю, но это проходит само по себе в процессе работы рано или поздно, но, в конце концов, там есть возможность как-то там либо переключиться на другую немножко деятельность, либо просто начать читать что-то, либо вообще искать какие-то мысли в каких-то необычных ситуациях, не связанных с этой работой. Рано или поздно мысли все равно каким-то образом придут.

...придут! Если у тебя есть голова. Я просто хочу сказать, чтобы вы поняли, объем программ, которые мы выпустили вот за 15 с половиной, за 16 лет эфиров программы «Здоровье», за 16 лет мы сделали около 800 программ, и за 3.5 года выхода «Жить здорово!» мы вот в этом сезоне сделаем 900 почти под 1000 программ. В каждой программе - 4-5 тем, поэтому вы сами можете понять, что примерно 10 000 тем должны выдумать те люди, которые сидят сейчас у меня, чтобы быть интересными, яркими, понятными, зачастую все это надо снять, потом смонтировать и озвучить, поэтому действительно, огромная-огромная работа. Света Грибань - наш главный режиссер. Пришла к нам юной девочкой на практику и запомнилась тем, что на собраниях поднимала руку и просила разрешить ей снять какой-то сюжет. Поскольку к нам много приходит таких бессмысленных людей, то всем разрешается все, и жизнь показывает, что из них выйдет. Вот я помню, Света сняла какой-то школьный сюжет, да?

Светлана Грибань: да, про правильные парты

...про правильные парты в школе, и потом она как-то пришла к нам работать, и она выросла от ассистента режиссера до просто режиссера и всегда была самым наинадежнейшим человеком программы. У нас вышла замуж, у нас родила, вернулась опять на работу. Светик, до тебя Женька рассказала только что для нее трудно, что радостно вот тебе не договорила. То, что радостно для тебя здесь?

Евгения Логинова: ну, на самом деле я все время думаю, что это уже стало такой вот частью жизни, в принципе неотъемлемой, когда ты уже понимаешь, что это твое дело, оно то есть уже оно никуда не уйдет, и ты с этим живешь. И твои родные, и твои близкие, все твое окружение живет этим же самым. Мне кажется, что это приятно. Потому что у меня были периоды в моей жизни, когда я с таким нежеланием шла на работу и мне так не нравилось то, что я делала, и это самое страшное ощущение, которое можно в принципе испытать, как человек работающий. Но я была вынуждена работать и деваться было некуда просто-напросто. На протяжении 12 лет я лишена вот этого чувства - вот это самое лучшее на самом деле, когда каждый раз ты просыпаешься, и у тебя нет отвращения такого жуткого, что тебе нужно заниматься тем, что тебе совершенно не нравится. И ты понимаешь, что ты не в своей тарелке.

...ты в своей тарелке!

Евгения Логинова: я в своей тарелке!

...и мы за тебя рады. Ну, еще раз повторю. Редактор придумывает, пишет сценарий и так далее, режиссер должен все это снять, а чтобы вы понимали, то съемки - они, во-первых, в 10 раз длиннее могут быть, чем потом вы увидите сюжет на экране, а самое главное - после того, как все снято, еще идет монтаж. Поэтому это большая-большая закулисная работа. Это я рассказываю про судьбу режиссера, Света. А что для тебя самое трудно и самое радостное?

Светлана Грибань: самое трудное - это момент съемок, обычно накануне я очень плохо сплю, потому что от того, как ты снимешь и что ты снимешь, зависит потом тот продукт, который получится. Поэтому обычно накануне я пытаюсь в голове по пунктам выстроить, как будет происходить съемка, что первое, что второе, здесь унесли, здесь принесли, здесь эта камера передвигается туда, вот это самый напряженный момент. Когда заканчиваются съемки, и я на следующий день прихожу на монтаж, вот это самое прекрасное момент моей жизни, потому что все снято, и уже, что называется, что снято, то снято. Дальше уже разберемся.

...что самое хорошее?

Светлана Грибань: самое хорошее - когда программа из озвучки уже выходит на сдачу на эфир, вот самое хорошее.

...самый хороший момент. То есть радости от общения с нами Грибань не испытывает, рада она бывает, когда программа отдается на эфир. Но поскольку это 6 раз в неделю из 7, потому что 5 раз выходит «Жить здорово!» « и 1 раз «Здоровье», то 6 раз в неделю у нашего главного режиссера радость. Это хорошо, Светик. Еще один человек сидит напротив меня, его зовут Юрий Малышев, мы с ним не просто однофамильцы, это мой старший сын, он в этом году заканчивает мединститут, он пришел к нам работать, вернувшись из Америки, и вот Женя выскажет свое мнение насчет тебя, но тем не менее, я тебе хочу сказать, спросить. Я радуюсь, что ты к нам пришел, потому что мы с Женей люди категоричные, если бы ты был совсем никуда не годный, мы бы не потерпели, правда, Жень, такого? Не то, чтобы мы не потерпели - жизнь бы не дала нам возможности иметь такого человека. что для тебя самое трудное, сыночек мой дорогой?

Юрий Малышев: ну так вот такого вот прямо трудного, такого нет

...мало работал еще

Юрий Малышев: мало работал еще, да, два есть нюанса. Первое - это какая-то боязнь кого-то подвести, что-то там не вовремя, бывает и такое, к сожалению, но главное - это боязнь подвести, и второе - в принципе, как-то вот когда люди не... ну вот то же самое, что Евгения Владиславовна сказала, что когда люди не испытывают радости от того, что они делают, и когда ты общаешься с человеком, которому абсолютно неинтересно то, что сейчас происходит - это раздражает. То есть две вещи, которые ну опять же не то, что трудно, которые вот такие нюансы, это когда боязнь подвести остальных и когда человеку, с которым ты общаешься, абсолютно неинтересно то, что он делает

...а радостно от чего работать с нами?

Юрий Малышев: а радостно - вообще одна сплошная радость. Первая радость - то, что есть один из моих любимых комиков американских, правда, никто о нем никто не знает, кроме меня в этой стране, Конан О’Брайен. Он говорит, что вот я всю жизнь лет до 18, я смотрел на всяких комиков, чему-то от них учился, кака-то что они делают, пытался сам это делать, и глобально мне это вообще не с кем было обсудить. И потом в 18 лет он пришел на какое-то выступление и встретил там кучу таких же 18, 20 летних людей, которые оказывается все это время тоже смотрели на комиков и что-то пытались и что-то не получалось, и тоже не было с кем поговорить. И он говорит, что в этот момент мир

...распахнулся

Юрий Малышев: распахнулся и взорвался перед ним. Так же в моей жизни. В принципе, за пределами работы мне вообще некому рассказать

...это мой сын говорит! То есть с матерью общаться не о чем!

Юрий Малышев: нет, ну с матерью общаюсь на работе, поэтому за пределами работы о том, что мы тут как-то ищем темы, как там что использовать, как там глюкоза куда входит, встраивается, за ней инсулин бежит - в принципе, больше мне это рассказать некому, и поэтому я на работу прихожу каждый раз и как бы мир распахивается каждый раз.

...ну это здорово, даже приятно. Ну, вот смотрите, я хочу, чтобы вы вспомнили самые трудные или самые интересные для вас съемки или сюжеты, про которые вы знать не знали, что они станут популярными, или кто-то вам о них расскажет, или может, какие-о истории... я хочу, чтобы ты, Юраш, начал с той истории, которая меня просто потрясла. Расскажи, пожалуйста, как вы навещали бабушку твоей девушки или кого вы навещали? Когда она сказала, как подружка ей сказала, почему она меня видеть не хочет. А вы вспоминайте сюжеты с неожиданными финалами.

Юрий Малышев: это как раз то, что рассказывала девушка Маша, которая у нас недавно пришла работать редактором, и к ней пришла бабушка ее и говорит: «Как я рада, что ты работаешь в таком месте! Я все время смотрю Малышеву, все записываю» и поздравляла Машу с тем, что она работает теперь в таком хорошем месте. И говорит: «Но вот недавно я тоже посмотрела программу с Еленой Васильевной и пошла к своей соседке-подружке рассказать, что же я там увидела». И к ней спускается, и говорит: «Я сейчас такое видела, Малышева такое рассказала!» Подруга соседка говорит: «Да? А я вот тоже все время Малышеву смотрела, но после того, как она ушла к Герману Шаевичу Гандельману от своего мужа, больше эту программу не буду смотреть»

...меня это шокировало, друзья, я по-прежнему с мужем, к Герману Шаевичу я не уходила и не собираюсь, знаю его тыщу лет, и за тыщу лет я не ушла к нему и не уйду уже никогда. Эта история, мне только что перед записью, мне ее рассказал Юрий Малышев и просто убил меня наповал. И поэтому если сейчас меня слышит та женщина-соседка, которая не стала смотреть программу, потому что думает, что я изменила мужу с Геманом Шаевичем - я с мужем. У нас двое детей, и это наша вечность. Ну что, девчонки, а вы теперь вспоминайте самые неожиданные наши сюжеты

Евгения Логинова: я могу вспомнить про своих родителей. Для меня это реально, и действительно меня потрясает, потому что мой папа год назад бросил курить. Не знаю, что бы с ним происходило, если бы он это сделал раньше, чем началась программа «Жить здорово!», но когда он бросил курить, он стал набирать вес. И мне начались звонки. Сначала от мамы «Женя, у папы растет живот. Он стал много есть! Папе уже за 70, у него растет живот. А он у меня был всегда стройный, он говорит, что он ничего не ест. На самом деле он стал много есть».
Дальше я стала беседы вести с папой, папа говорил, что он просто пухнет на дрожжах, но самое, что меня потрясло, то, что когда я приехала летом, эта тема продолжилась .То есть, папа прекратил, он там отслеживал, на сколько кг он поправился, но когда родители сообщили, что у него талия уже больше 94, а она стала 95 - и это катастрофа! И что надо срочно что-то предпринимать, собственно, я тогда поняла, что программа «Жить здорово!», наверно, все-таки она настолько влияет на разум

...мы напомним нашим слушателям, что 94 и меньше должна быть талия у мужчины здорового, с высоким уровнем мужского полового гормона тестостерона. Эту историю я тоже знаю, потому что мне Женя ее рассказывала, мы долго смеялись, потому что у жени очень стройные родители, немолодые, но в прекрасной форме. И то, что мама еще потом сказала - ты не досказала - папе сказала: «Если у тебя талия будет больше 94, я с тобой разведусь» Мы просто потеряли дар речи. Света?

Светлана Грибань: я наверно вспомню свою свекровь, потому что она звонит мне каждое утро, она смотрит все программы «Жить здорово!» и все программы «Здоровье» и обычно после каждого эфира она звонит и говорит: «где вы купили сельдь?» я говорЮрий Малышев: «Какую сельдь?» тем более, мы же снимаем в запас

...мы же снимаем по 15 программ

Светлана Грибань: то есть, я вообще не могу понять, о чем. «Вы сегодня показывали про сельдь, у вас была свежая сельдь, я объехала уже все магазины, нигде этой сельди нет, ты пожалуйста узнай, где вы ее взяли, потому что сказали, что если есть сельдь, то значит, будет хорошая кожа, молодая женщина, будет волос» и вот так вот каждый день То есть, она вот полностью поменяла посуду, то есть выбросила весь тефлон, все пароварки, то есть, теперь нет никакого там жарения, запекания пирожков, мучного, то есть она строго соблюдает все наши советы. Но она прекрасно выглядит!

...я хочу про наши сюжеты вспомнить. У нас все же бывали сюжеты, которые нас поражали тем, что они становились популярными, а мы делали их, даже не подозревая, что они будут популярны. Самым популярным, все помнят, несколько лет назад стал сюжет про обрезание, который с нашей точки зрения выглядел вообще девственно-чистым, нечего там не было. Почему это происходит? Почему независимо от нашего сознания - мы же не предполагали, что обрезание будет супер-популярным сюжетом. Мы показали это на женщине в свитере, показали в чем суть, просто сдуру рассказали по сути медицинские вещи, что в тех культурах, где обрезание существует как часть культуры, нет рака полового члена, в 7 раз ниже рак шейки матки у женщин и так далее и так далее и так далее и так далее. Почему? Какой закон популярности, Жень? Почему что-то становится суперпопулярным. потому что там 5 миллионов просмотров, дважды я получала премии какие-то, то Рунета, то Серебряную Калошу, то то, то сё..

Евгения Логинова: у меня до конца нет ответа на этот вопрос. Единственное, я думаю, почему мы думаем, что почему для нас это все время неожиданно, потому что мы варимся в такой ну это для нас это рутина, и то есть тот объем информации, который мы перерабатываем, перелистываем, вынуждены выдавать строго по графику каждый день, то есть у нас мне кажется может быть острота восприятия теряется, что ли... И для нас это совершенно обычно. Может быть это действительно как-то необычно, но хотя.. но это как для врачей. Для них, допустим, открыть грудную клетку, посмотреть внутри человек а - это довольно привычное зрелище

...или ощупать женскую грудь

Евгения Логинова: да, или ощупать женскую грудь. А для обычного человека - это что-то невероятное просто напросто

...ну все-таки, почему это стало так популярно?

Евгения Логинова: мне кажется, потому что это было показано первый раз.

...я напомню тебе, что мы в «Здоровье» показывали обрезание по-настоящему, как хирургическую операцию. Это вообще не задело разум общественности, а когда мы показали женщину в свитере, натянули свитер на голову и отрезали кусок свитера над головой. Потом его опустили - это вдруг стало бомбой

Евгения Логинова: я думаю, что там даже не факт обрезания самого, то есть люди даже уже как мне кажется, уже обратили внимание не на то, что мы обрезание показываем и микробы уничтожаем в нашем ну то есть

...в нашем пониманиии

Евгения Логинова: в нашем понимании. А то, что мы отрезали свитер! Потому что долго люди обсуждали, как же мы повредили женский свитер и еще там задели пучочек волос, и как это умаляет женское достоинство. То есть, люди сосредотачивались не на сути, а на форме. Но это может быть нормально, потому что когда люди смотрят на какую-то картину, они наверно не всегда люди думают, что же хотел там художник изобразить. То есть у них все равно свое восприятие этого изображения.

...Свет, что ты скажешь?

Светлана Грибань: мне кажется, что

...ты все видишь со стороны, все наши выдумки лихие

Светлана Грибань: я знаю, но вот я помню, когда мы снимали этот сюжет, у нас в аппаратной сижу не я одна, нас сидит там десять-двенадцать человек, включая звукорежиссеров, видеоинженеров

...это все, кто за кадром, друзья

Светлана Грибань: да, и когда мы снимали, то есть ни у кого даже не было тени какого-то сомнения, что это может быть какой-то там телевизионной бомбой, или мы делаем что-то сверхъестественное. То есть, это было привычным для нас, для всех. Может быть, потому что мы все работаем на телевидении и мы привыкли какие-то естественные вещи показывать немножко по-другому.

...а ты что скажешь, Юрий Малышев, молодое поколение? Вы нам подбросили эту скользкую тему

Юрий Малышев: ну это наверно связано с тем, что как раз был такой относительный ну не пик, но вот большое развитие в России получил Интернет. И тут же кто-то выложил что-нибудь, какой-нибудь смешной комментарий написал, другу показал и как бы уже это дальше стало нарастать просто комом. Это кто-то стал это опошлять типа вот, они там на Первом канале все с ума посходили, кто-то сказал, кому было нечего такого сказать уже нового пошлого, тот начал говорить, вот ей кофточку обрезали. И вот как-то просто комом там друг на друга нацеплялись эти комментарии, и как бы понеслось. А так как тема все-таки обрезание, значит, это половой член, значит секс, значит, никто не видел никогда, там уже дальше начало просто обрастать вот этим всем

...вот какой высокотехноогичное есть объяснение... Скажите мне, пожалуйста, я вот вас о чем спрошу: для кого наша программа? Вот с одной стороны - мы выходим в дневном эфире или в утреннем эфире в воскресенье со «Здоровьем», с другой стороны - мы популярными становимся не в той аудитории, которая сидит дома, а вообще в какой-то другой аудитороии. Значит, для кого мы делаем программу, Жень?

Евгения Логинова: я всегда рисую перед собой довольно жестко какой-то среднестатистический образ человека, который может находиться дома в период с 10 до 11, условно говоря. Кто этот может быть человек? Ну это понятно. Молодые люди, которые прогуливают, это люди, которые начинают работать как мы, в Москве, могут позволить себе приехать на работу к 11 утра или люди, которые работают в свободном графике. Это те, кто не работает в принципе, по каким-то причинам. Вот собственно это эти люди. Но дальше просто сейчас десять лет назад программу можно было увидеть только по телевизору, только в определенное время. Сейчас эта программа, она транслируется в интернете, на разных сайтах - миллион просто-напросто. Поэтому я даже не знаю, для кого мы теперь это делаем, и каково количество реальных ее зрителей. Потому что это даже уже мне кажется, невозможно посчитать.

...Свет, для кого ты делаешь программу «Здоровье» и «Жить здорово!»?

Светлана Грибань: Ну, в первую очередь конечно, я делаю их для близких. Потому что мне не хотелось бы, что им было стыдно за то, что я делаю. А дальше мы делаем для всех телезрителей, которые ее смотрят, а кто не смотрит-то им рассказывают близкие, когда приходят домой. А я вот сегодня видела Малышевой то-то, то-то, то-то, и если ты не видел это в эфире, то ты залезаешь в интернет и смотришь.

...а ты для кого делаешь эту программу, Юрий Малышев?

Юрий Малышев: я вот тоже согласен со Светой, как вот Дмитрий Нагиев в одной из своих первых программ он говорил, что в эфире программа, самая любимая программа его бабушки. Ну, это было забавно. Но мне кажется, во-первых, конечно же, когда делаешь программу, ты представляешь, для кого ты ее делаешь

...ты обязан

Юрий Малышев: ты обязан делать. Какой-то возраст средний, доход, образ жизни - но в принципе, мне кажется, хочется верить, что программа делается для людей, которым интересно жить вообще на свете, потому что если тебе неинтересно жить, то эту программу смотреть не имеет смысла. И другое - все твои интересы заканчиваются обрезанной кофточкой, и глобально можно и помирать сразу. Мне хочется верить, что программа для тех, кому интересно жить, потому что мы все, когда ее делаем, всем интересно, и опять-таки хочется верить, что когда мы делаем это нам интересно, и как-то мы свою энергетику отдаем вовне. И люди, которым тоже интересно, ее

...ну это точно, то, что нам интересно - это точно.

Светлана Грибань: ну, то, что мы ее делаем для себя - это в принципе, не обсуждается. Просто это как-то не принято говорить

...не-не-не, мы вот для себя делаем не в том смысле, что делаем для себя, но то, что нам бесконечно интересно то, что мы меняемся, и то что не только у твоей свекрови пропала тефлоновая посуда, но и у нас у всех она пропала, и мы все перестали жарить и мы все стали по-другому питаться, это факт из жизни. Это точно. И я вам могу сказать, для кого еще мы делаем эту программу. Это важно, чтоб нас любили близкие, это все важно, но вы знаете мою позицию. Ну, во-первых, нам повезло, потому что мы работаем на канале суперпрофессиональном, с суперзвездами и за наши работой наблюдают не только наши близкие, которые в принципе, простят нам все, правильно? Но и наблюдают профессионалы, которые работают вместе с нами. Поэтому вот еще было бы хорошо, если бы передними никогда не было стыдно. И этого я желаю себе лично на будущий год. И к вам такой же точно вопрос. Чего вы себе желаете в сбледующем году, Женя? Шеф-редактор наших программ, «Жить здорово!» и «Здоровье»

Евгения Логинова: я себе желаю, что бы не было у меня пустоты в голове. Либо такие периоды приходили ко мне гораздо реже.

...а я тебе желаю, чтобы, когда они приходят, ты их преодолевала, а уж с какой частотой - это уж как получится. Светик?

Светлана Грибань: я себе желаю в следующем году выучить английский язык

...вот у тебя нерабочее настроение, Грибань!

Светлана Грибань: нет, потому до этого я очень хотела научиться водить и выучить английский язык. Водить я научилась, а вот теперь я хочу выучить английский язык

...ну, мы тебе этого желаем. Юра?

Юрий Малышев: я себе желаю закончить университет наконец-то, сдать все экзамены ну и глобально дальше двигаться по профессиональной лестнице

...а я вам хочу сказать, во-первых, спасибо за столько лет вместе, во-вторых, за то, что начинается год Лошади, а мы с вами рабочие лошади, поэтому этот точно наш год. Поэтому я пожелаю нам того, чтобы наши программы оставались интересными, сейчас мы будем обсуждать новое лицо программы «Здоровье», мы делаем новые блоки в жить здорово, это все потрясающе, если ты можешь заниматься творчеством и если это радует тебя и приносит пользу окружающим. Так что спасибо вам за то, что вы рядом. Друзья, вас всех с наступающим Новым годом, завтра на Первом канале новогодняя программа «Здоровье», посмотрите ее, у нас будет много звезд, мы будем много смеяться, много петь. И будем счастливы, если вы разделите эти радости вместе с нами. поэтому здоровья все, здоровья вам и счастливого нового года, года Лошади. Увидимся завтра на Первом канале.

Поділися в соц мережах:

» » » Как делаются программы